Тильзит

1552 - 1945

     
   
 
 
     
 
СОВЕТСК
 
   
Принцепсы и конунги, люди высокородные, становились правителями не отдельных родов, но всего народа. Германское государство возникло не из родов, а наряду с ними и даже боролось с родами посредством народного собрания. К народной власти взывали все малоимущие, малоправные и социально слабые люди —как свободные, так и вольноотпущенники, литы. Их поддержки искали, конечно, и сами конунги. При этом большое значение имело то обстоятельство, что не весь народ жил родами, и что к тому времени существовали уже клиенты. Ибо все «волки», все бедные из кожи вон лезли, желая сделаться клиентами конунга или хотя бы принцепса.
Таким образом, разрушавшая социальный родовой уклад власть принцепсов и в особенности конунгов была воистину революционна. Незначительное влияние на семью и никакого влияния на государство, по словам Тацита, не оказывали вольноотпущенники, з а и сключением народов, управляемых конунгами. Здесь же они были гораздо влиятельнее свободных и даже родовитых людей. Новая власть своекорыстно объединила всех, не имевших или уже не имеющих рода. Помимо народа - войска возникали многочисленные дружины конунга и принцепсов.

Дружинниками были те же самые клиенты принцепса, только воины, преданные и присягнувшие своему вождю, наиболее ему верные. Верность соединяла их с вождем - патроном. Тацит выразительно описал эту трустис, этот союз верности, или комитат.
«Знатное происхождение и великие заслуги отцов даруют благоволение принцепса даже отрокам: они сходятся с другими, более крепкими и опытными; и нестыдно среди них быть антрустионом... Однако антрустионы отличаются друг от друга по решению того, кого они сопровождают. Велико соперничество и среди антрустионов —за первое место подле своего принцепса, и среди принцепсов, —чьи антрустионы многочисленнее и отважнее. Вот где почет, вот где сила —всегда пребывать в окружении избранных юношей, в мирное время —украшение, на войне —охрана. Если трустис отличается многочисленностью или доблестью, это составляет гордость принцепса и славу его имени не только в собственном народе, но и в соседних государствах. Принцепсов домогаются посольства и осыпают их дарами; часто одно слово принцепса решает исход войны. Позор, если в начавшемся сражении антрустионы окажутся доблестнее принцепса, позор, если трустис не сравняется в доблести с принцепсом. Позорный и пятнающий всю жизнь поступок —возвратиться живым из битвы, в которой погиб принцепс. Антрустионы дают особую клятву защищать его, оберегать и приписывать ему славные свои деяния. Принцепсы сражаются во имя победы, антрустионы —за принцепса». Но «совладать с большой трустис можно лишь войной и насилием. Ибо антрустионы

Insignis nobilitas aut magna patrum merita principis dignationem etiam adu - lescentulis assignant: ceteris robustioribus ac jam pridem probatis aggregantur, nec rubor inter comites aspici... Gradus quinetiam comitatus habet, judicio ejus quern sectantur; magnaque et comitum aemulatio, quibus primus apud principem suum locus, et principum, cui plurimi et acerrimi comites. Germ.. Смысл текста зависит от слова dignatio. Dignitas значит достоинство, почет; dignatio —процесс и результат глагола dignare —милость. Но поэты издавна употребляли dignatio вместо dignitas, так как последнее удобнее в метрическом отношении. Таким образом dignatio стало синонимом слова dignitas, и Тацит иногда этих слов не различает. Понятно поэтому, что многие историки переводят цитированный текст иначе, а именно: знатное происхождение и заслуги отцов делают принцепсами даже отроков. Однако такая интерпретация совершенно не согласуется с тем, что Тацит пишет о принцепсах во всем своем трактате. Принцепс —не предводитель военной дружины, каким мог бы стать всякий человек, даже отрок, но человек знатного происхождения, председательствующий вместе с другими принцепсами в народном собрании, управляющий народом, по крайней мере, его частью, кандидат в конунги или сам конунг. Не согласуется упомянутая интерпретация и с контекстом. —Тацит говорит, что только народ может признать юношу воином, а значит и полноправным гражданином. Но существуют и исключения: нередко принцепсы назначают своими дружинниками, стало быть, и воинами, даже отроков. Aggregari —от grex : антрустионы собираются словно скот. «Нестыдно», —ибо новобранцы —люди высокородные. Если принять интерпретацию Фюстеля и Допша, смысл высказывания остается неясным,требуют, чтобы щедрый принцепс дал им то того боевого коня, то эту окровавленную и побеждающую фрамею. Вместо платы устраиваются пиршества; многочисленные и обильные. Щедрость принцепса —от войн и грабежей».

категория: подразделы / печать
2 июня 2012 (1846 дней 3 часа назад)
« Народное собрание | Германский комитат »

Добавить комментарий к «Принцепсы и конунги»
Имя

E-mail

Домстраница

angry evil grin laugh sad smile wink 



 
 
 
 
  Город Тильзит, Восточная пруссия - Die Stadt Tilsit, Östlich Prussia